Как "венесуэльский кейс" помогает понять, что будет с Беларусью без Лукашенко

Спецоперация американских военных по похищению нелегитимного президента Николаса Мадуро из столицы Венесуэлы наделала много шума. И поставила перед белорусами много вопросов — а что, если нечто подобное произойдет в Беларуси с Александром Лукашенко.

Сохранится ли его режим после исчезновения автократа? Что будут делать другие представители режима? Какие сценарии развития событий возможны и что будут делать демсилы?

На эти вопросы Еврорадио ответил руководитель НАУ Павел Латушко.

— Захват американскими военными венесуэльского автократа — что это было? И насколько такой опыт может быть полезен для Беларуси?

— Американские действия в Венесуэле были основаны не на международном праве, а на национальном законодательстве Соединенных Штатов. Основой стал ордер на арест, выданный прокурором Нью-Йорка. 

Это важный момент, так как Соединенные Штаты не являются участником Международного уголовного суда и не подписывали Римский статут. При этом параллельно существует и международное расследование, которое ведет Международный уголовный суд в отношении высшего политического руководства Венесуэлы по фактам преступлений против человечности. Таким образом, национальные и международные механизмы могут существовать одновременно, не исключая друг друга.

Американский подход в отношении Мадуро основывался также на непризнании его легитимным главой государства. Хотя международное право предусматривает функциональный иммунитет для лиц, которые фактически осуществляют власть, Соединенные Штаты сознательно отказались от признания этого статуса. 

Они обосновали свои действия тем, что Мадуро совершал преступления, которые вредят национальным интересам государства. Такой подход позволил им действовать в пределах собственного правового поля.

В случае Беларуси существует похожая ситуация, когда ряд лиц находится в розыске по решениям той самой прокуратуры Нью-Йорка в связи с террористическим захватом гражданского самолета в 2021 году. Одновременно ведутся усилия по сбору и передаче доказательств для международных расследований, в том числе с целью выдачи ордера на арест Александра Лукашенко за преступления против человечности. В этом контексте Венесуэла и Беларусь имеют общие черты, хотя политические и геополитические условия существенно отличаются.

— Насколько режим Мадуро жизнеспособен без него самого? Возможно ли озвученное Дональдом Трампом "внешнее управление" государством без военной оккупации территории?

— После захвата Мадуро его вице-президенту был предложен сценарий контролируемого конституционного транзита. Американцы сделали ставку на то, чтобы власть оставалась в руках функциональных государственных институтов, в частности вице-президента, чтобы избежать хаоса, анархии и гражданского конфликта. 

При этом условия были жестко очерчены: в стране должны состояться выборы в соответствии с конституцией. Именно этот механизм рассматривается как путь к постепенному и мирному переходу к демократическому управлению.

Государственный секретарь Соединенных Штатов Марко Рубио открыто заявил, что предыдущие выборы в Венесуэле были сфальсифицированы и не отражали волю народа. При этом он подчеркнул, что большинство венесуэльцев ориентируется на демократические ценности. Соединенные Штаты не стали силой возвращать оппозицию к власти, чтобы не спровоцировать внутренний кризис, но четко дали понять действующим властям, что проведение настоящих демократических выборов является обязательным условием.

— Какие вы видите возможные сценарии в Беларуси при исчезновении Лукашенко? И что могут в этой ситуации сделать демсилы в эмиграции?

— Если перенести венесуэльский кейс на белорусский контекст, можно представить ситуацию, когда Александр Лукашенко не может выполнять обязанности президента в результате ареста по решению международных судебных органов. 

— Любая попытка сохранить политику Лукашенко без него самого столкнется с жесткой позицией Запада. Такие выборы не будут признаны, санкции останутся в силе и будут усиливаться. Уже сейчас экономическая ситуация в Беларуси ухудшается, что признает и сам Лукашенко, отмечая сложность ближайших лет. Этот же вызов предстанет перед любым его преемником.

На протяжении долгого времени ведутся переговоры между администрацией Соединенных Штатов и Лукашенко, в том числе по вопросу освобождения политических заключенных. Частичные шаги со стороны режима не изменили общей ситуации и воспринимаются как торговля людьми. 

На фоне этого остаются факты гибридной агрессии, контрабанды, использования мигрантов и захвата самолета. В определенный момент терпение может закончиться, что создаст для Лукашенко лично очень опасные последствия.

Лукашенко стремится предотвратить резкий и неконтролируемый сценарий, создавая конструкцию Всебелорусского народного собрания, через которую он мог бы сохранять влияние даже после формального ухода. Однако в случае внезапных событий вся система окажется в состоянии шока. 

В такой ситуации открывается окно возможностей для белорусского общества и демократических сил, когда заранее будут налажены каналы коммуникации и подготовлены предложения для национального диалога. 

Главным препятствием для этого остается сам Лукашенко, который все еще контролирует систему, но давление вокруг него с каждым годом становится сильнее.