“Я очень боялся ШИЗО”. Политзаключённый — про то, что не давало ему сломаться

Бывший политзаключённый Владимир Горох был среди тех, кого 13 декабря 2025 года депортировали из Беларуси. Он проходил по так называемому "Кореличскому делу". В эфире Еврорадио он рассказал, что помогало ему не сломаться в колонии.

“Мне не сломаться помогла моя цель. У меня есть определённая стратегия и есть определённая тактика её достижения. Поэтому, находясь там, в неволе, я старался заниматься самообразованием. Я работал над программой построения общества и государства. Я смотрел в будущее. И именно эта цель помогала мне не сломаться”, — вспоминает Владимир.

Какой момент был самый страшный во время заключения? Что пугало больше всего?

“Я очень боялся ШИЗО. Ты снова в “кичёвке”, с открытой форточкой, и тебя просто трясёт от холода. И мне стало страшно. Я подумал: "Что происходит?".

И у меня случился какой‑то психологический срыв. Я попрощался с родными и сказал: "Господи, я больше не могу". И я действительно хотел разбить себе голову. Реально. Просто разбить себе голову.

Но на этом эмоциональном пике я сказал себе: "Стоп. У меня есть ради кого и ради чего жить". Я взял себя в руки. Было очень тяжело. Это был настоящий кризисный момент”, — вспоминает Владимир.

Чему научил этот страх, как он повлиял на отношение к реальности?

“Возможно, этот случай произошёл для того, чтобы я понял: я тоже уязвимый человек. Чтобы я не строил из себя какого‑то героя. Чтобы мне было показано: "Володя, ты тоже можешь сломаться. Такая опасность есть. Ты не самый сильный". И я это понял.

А когда ты осознаёшь свою уязвимость, ты начинаешь более объективно относиться к реальности. Да, был такой кризисный момент, когда я действительно хотел закончить жизнь, потому что было настолько тяжело.

А потом — что дальше? Дальше только вперёд. Хоть ползти, хоть на зубах, хоть как. У меня всегда был такой образ: ночь, дождь, грязь, и я просто ползу по этой грязи. Но я вижу цель. Я буду ползти, но всё равно буду двигаться вперёд. Как бы ни было тяжело.

И это не пафос. Это из пережитого. Это не "понты". И важно, чтобы слушатели и зрители это понимали”, — завершил свой рассказ Владимир Горох.