Позняк не счел слова Лукашенко приглашением вернуться

Санников, Отрощенко, Булгаков — из страны продолжают уезжать политики и интеллектуалы. А что может стать мотивацией для возвращения?

Бывший главный редактор журнала "Крыніца" Владимир Некляев уехал в эмиграцию в 1999 году. Сначала в Польшу, потом — в Финляндию. Причины отъезда называет очень похожие на "булгаковские" — печать в журнале "аполитичных" авторов и текстов. Спустя 5 лет вернулся в Беларусь.

Владимир Некляев: "Постоянный вопрос: для чего ты тут сидишь и пишешь? В моем случае поэмы, романы — я там много написал. Кто это будет читать, кому это надо?"

Почти год за стих "Убей президента!" в неволе провел поэт Славомир Адамович. В 2000 году уехал в США, оттуда — в Норвегию. Окончательно на родину вернулся накануне президентских выборов 2010 года. Мотивация возвращения проста.

Славомир Адамович: "Моя жизнь должна строиться здесь, на родине. Иначе все мои зашивания рта, сидения в тюрьме, писание стихов ничего не стоят!"

Сопредседатель оргкомитета по созданию партии БХД Павел Северинец за границу не убегал. Имел и возможности такие, и предложения.

Павел Северинец: "Предлагали сколько раз! Даже первый раз когда был в тюрьме, меня выпускали на трое суток, а никого из заключенных до этого не выпускали — были похороны моего годовалого племянника. Выпустили, говоря: "Ну, давай!". Пришлось вернуться в тюрьму на "Володарку".

Объясняет свое антиэмигрантское упрямство просто: "Это — моя родина!".

Одним из первых политбеженцев стал Зенон Позняк: в 1996 году уехал через Украину в США. Даже сегодня на вопрос Еврорадио, что может подтолкнуть его к возвращению домой, не отвечает.

Зенон Позняк: "Это — план действий для Комитета госбезопасности. Поэтому говорить не буду, обойдусь без их противодействия".

А если дождаться гарантий безопасности от власти? В начале эмиграции к Некляеву приезжал с такими обещаниями даже тогдашний министр иностранных дел Беларуси. Поэт им не поверил. И вернулся на родину только после смерти Василя Быкова в 2004 году. Без каких-либо гарантий. Без гарантий возвращался из Норвегии и Славомир Адамович.

Вот Зенону Позняку, кажется, такие гарантии дают. По крайней мере, так можно отнестись к словам Лукашенко, который похвалил политэмигранта за "изобличение оппозиции". Но тот подобным гарантиям не верит.

Зенон Позняк: "Его слова ничего не стоят! Это все пустое, что он говорит, что он что-то обещает — это не имеет никакого значения!"

Так, может, за границей беженцы больше сделают для Беларуси, чем в неволе? Некляев в этом сомневается. По словам поэта-политика, сначала там действительно возникает ощущение, что ты делаешь значимое дело для Беларуси — после выхода из кабинетов высокопоставленных чиновников, где тебе пообещали поддержку в борьбе "за демократизацию" Беларуси. Но длится такое ощущение не долго, ведь это — всего лишь слова.

С этим не согласен Зенон Позняк.

Зенон Позняк: "Политическая эмиграция — это вынужденное явление. Это явление — ради продолжения политической борьбы. Это — альтернатива тюрьме и смерти".

Хоть и признает, что если ничего не останется в Беларуси, то эмиграция ничего не сделает. И называет отъезд политиков и интеллигенции из страны гуманитарной катастрофой.

Северинец об отъезде выдающихся белорусов сожалеет, но уверен: политический и духовный вакуум в стране из-за этого не возникнет. Позняк уверяет в наличии в Беларуси молодых оппозиционных сил, а надежды на то, что его возвращение породит революционный дух, называет "детским инфантилизмом".

Фото: Змитер Лукашук, http://bymedia.net/