Дзуринда: ЕС не должен отступать ни на миллиметр от своих требований

Пост министра иностранных дел Словакии Микулаш Дзуринда покинул 4 апреля 2012 года, и именно при нем решалась судьба расширения санкций в отношении Беларуси и начинался дипломатический кризис. Человек, возглавлявший правительство своей страны с 1998 по 2006 годы, ушел в оппозицию, но без внимания "белорусский вопрос" не оставляет.

Еврорадио: Как вы сами охарактеризуете политику, которую вы как министр иностранных дел проводили в отношении Беларуси?

 
Микулаш Дзуринда: Принципиальная. Потому что у меня хорошее отношение к белорусскому народу. С Милинкевичем я знаком уже 15 лет и познакомился с большим количеством белорусов на различных спортивных мероприятиях и других встречах. У вас очень хорошая биатлонистка! И то, что белорусы являются европейской нацией, — это без вопросов. И Беларусь является участником "Восточного партнерства". Но, с другой стороны — режим. Что и является проблемой. Мы, словаки, вас хорошо понимаем. Я, человек Миколаш Дзуринда, вас хорошо понимаю. Потому что 34 года жил при очень похожем режиме. И поэтому такую принципиальную позицию насчет Беларуси я декларировал в качестве министра иностранных дел. Поскольку только твердая и жесткая стратегия в отношении режима Лукашенко может привести страну к политической свободе.

Еврорадио: С поста министра вы ушли 4 апреля. Успели ли еще перед своим уходом принять участие в заседании Совета министров стран ЕС, которое проходило 23 марта и на котором было принято решение о расширении санкций?

 
Микулаш Дзуринда: Нет, именно на том заседании я не присутствовал, вместо меня там был мой заместитель, но я присутствовал на всех предыдущих. И всегда категорично настаивал на твердых санкциях против режима. Потому что нельзя одной рукой угрожать режиму, а другой давать деньги Международного валютного фонда.

Еврорадио: Думаю, что сейчас вы уже можете рассказать, почему Словакия накануне заседания 23 марта выступала против расширения санкций?

Микулаш Дзуринда: Не могу сказать. Потому что не знаю точно. Но знаю одно — не всегда хорошо, когда в политике присутствует бизнес. Говорят: народные интересы. Только это игра. И не должен бизнес преобладать над желанием помочь белорусскому народу. Сразу скажу: не имею никакой информации насчет того, есть ли связь между словацким бизнесом и белорусским.

Еврорадио: А правда ли, что ваш коллега Младенов, министр иностранных дел Болгарии, пытался "выкупить" у белорусского режима политзаключенных?

 
Микулаш Дзуринда: Младенов нас проинформировал о своей поездке. И дебаты, которые после этого начались... Я бы сказал, что мы его политически побили. Никто из нас не воспринял всерьез того, что наговорил Младенову Лукашенко.

 
Еврорадио: Вы считаете, что надо придерживаться политики санкций?

Микулаш Дзуринда: Я за то, чтобы давление на режим было все большим и большим. Я знаю, что каждая ситуация — разная. И что ситуация в Чехословакии несколько лет назад отличается от сегодняшней белорусской ситуации. Но в те времена я прекрасно понимал, что твердая позиция США и победа в холодной войне нас освободит. Сейчас у меня впечатление, что большинство белорусов хотят свободы. А поэтому — мы не можем уступить. Разговоры о том, что санкции наносят вред простым людям и что мы таким образом отдаем Беларусь в руки России, не соответствует действительности. В то же время все — в руках белорусского народа, от него зависит будущее. Мы можем многое, но не все.

Еврорадио: Между Беларусью и Евросоюзом были и периоды потепления, и периоды похолодания. Понимают ли европейские политики поведение главы Беларуси?

 
Микулаш Дзуринда: Только в последние два года мы начали его понимать. Но до этого мы ничего не могли понимать и Лукашенко с нами играл, как с маленькими детьми. И только теперь мы поняли, что дальше так не пойдет. Но и теперь были довольно смешные дебаты, основной темой которых было: добавим в "черный список" две фирмы или целых три! Для меня это было страшно смешно! Выиграли те, кто предлагал три. Мне кажется, что уверенность в том, что мы должны быть твердыми и жесткими, уже пришла.

Еврорадио: Вы были министром, когда начался дипломатический кризис. Насколько это был серьезный для европейской дипломатии шаг — отозвать своих послов?

 
Микулаш Дзуринда: Я был одним из первых, кто узнал о том, что Лукашенко велел выехать в свои страны послам ЕС и Польши. Я сразу же позвонил своему и сказал: "Возвращайся!". И это очень хорошо, что по этому вопросу у всех стран ЕС было единство. В Братиславе мне удалось организовать встречу Вышеградской группы и "Восточного партнерства". Были Кэтрин Эштон и Гидо Вестервелле. Там была озвучена наша совместная позиция по этому вопросу.

Еврорадио: На свободу вышли Санников и Бондаренко. Через день глава Администрации президента Владимир Макей заявил, что больше никого из заключенных под давлением освобождать не будут и никого не реабилитируют. В тот же день Кэтрин Эштон вновь категорично призвала освободить всех политзаключенных. Мы снова наблюдаем противостояние: одни выступают с требованиями, другие — боятся, что их "наклоняют". И что дальше — снова топтание на месте во взаимоотношениях?

Микулаш Дзуринда: Мне было приятно, что Кэтрин выступила с таким заявлением. Это означает, что у нас настоящий союз в Европе. Мы четко написали: "Всех освободить и реабилитировать! Дать гарантии, что остановятся репрессии и провести свободные выборы". Сейчас я за себя говорю: мы не должны отступать ни на один миллиметр, пока не будут выполнены эти требования. Ни на миллиметр.

Еврорадио: Таким образом, пока остальные политзаключенные будут сидеть в тюрьме, санкции будут расширяться?

Микулаш Дзуринда: Я, в качестве сейчас уже оппозиционного политика, буду везде об этом говорить и этого добиваться. Я не буду давать оценки своему последователю на посту министра иностранных дел или новому премьер-министру на основании тех слов, которые они говорят здесь. А буду слушать, что они будут говорить на заседаниях Совета министров и Совета Европы. И буду их безжалостно критиковать, если они отступят от этой позиции.

Еврорадио: Вопрос к вам как к политику: не оскорбляет ли вас, когда Лукашенко высказывается огульно о всех европейских политиках?

 
Микулаш Дзуринда: Политика не может быть уязвимой к словам. И это слова — просто слова, они меня не затрагивают и не оскорбляют. Меня оскорбляет то, что жених Анастасии Положанко, которую я хорошо знаю, сидит в тюрьме. Вот это меня оскорбляет, а остальное — слова.