Бюрократический футбол. Украинцы после белорусских тюрем оказались “вне закона”

Вернуться домой после испытаний в белорусской тюрьме — для многих украинцев это показалось бы окончательной победой. Однако на родине их ждёт новый вызов: борьба за статус пострадавших от политических репрессий.

Несколько политзаключённых с украинским гражданством, освобождённых в ноябре 2025 года, рассказали Еврорадио, что не могут получить от государственных органов статус пострадавших от страны-агрессора.

“Одни говорят — идите туда, а другие — идите сюда”

Для Александра Котовича, который страдает от подтверждённого ПТСР и депрессии, получение статуса — это единственный шанс на полноценную медицинскую помощь. Однако добиться этого статуса оказалось сложнее, чем отбывать наказание в шкловской колонии.

Статус даёт право на бесплатную реабилитацию, денежную помощь в размере 100 тысяч гривен (около 2 тысяч евро) и отсрочку от мобилизации на период военного положения.

По словам собеседника, украинские государственные органы используют спорную аргументацию, чтобы отказать в помощи.

“Пока нас футболят. Одни говорят — идите туда, а другие — идите сюда. <…> Юристы мне уже объяснили, в чём проблема, почему этот статус не могут выдать… Дело в том, что в законе Беларусь не указана как агрессор, как в случае с Россией. Но по факту мы видим, что те, кто сидел в Беларуси, этот статус получают”, — говорит Александр.

При этом представители Координационного штаба по вопросам обращения с военнопленными, по словам бывшего политзаключённого, пытаются представить политзаключённых обычными преступниками:

“Они оправдывают это тем, что вы сидели в Беларуси, вы нарушили законы Беларуси, соответственно, ну, вас и посадили, а потом просто депортировали. <…> Служба безопасности Украины говорит: “Никаких справок мы вам не дадим”, но в то же время параллельно мы видим, что другим людям эти справки делают”. 

Ситуация выглядит неоднозначной: пока одним политзаключённым отказывают, другие получают статус без проблем. Александр говорит, что в приоритете те, кто сотрудничал со спецслужбами (например, с ГУР), хотя он знает случаи, когда статус давали и обычным людям, которые сидели просто за комментарии в поддержку Украины.

Сейчас собеседник ждёт ответа от Уполномоченного по правам человека и готовит документы для комиссии по предоставлению статуса. Если результат будет отрицательным, он не собирается молчать. “Если будет негативный результат, информация получит широкую огласку… О том, что есть люди, которые сидели в Беларуси за поддержку Украины, но им так и не дали никакого статуса”, — заявляет он.

Для человека, который остался без внутреннего паспорта, без денег и с подорванным здоровьем, этот статус — не привилегия, а необходимое условие для “социализации” и возвращения к жизни после заключения.

Помимо Александра, Еврорадио известно ещё о трёх людях из группы освобождённых политзаключённых, которые подали документы, чтобы получить статус. Ещё четыре человека рассчитывают на его получение, но пока не предпринимали шагов для этого.

“В случае отказа имеет смысл его обжаловать”

Мы пытались получить комментарий по ситуации с политзаключёнными от украинского Координационного штаба по вопросам обращения с военнопленными, однако ответ на письменный запрос так и не пришёл.

Представительница Офиса Светланы Тихановской в Украине Светлана Шатилина рассказала Еврорадио, что ей ничего не известно о подобных случаях.

“Но это не означает, что их нет. Считаю, что на такие вопросы должен отвечать украинский Штаб по вопросам обращения с военнопленными.

Что касается статуса украинцев, которые находятся или находились в белорусских тюрьмах по политическим статьям (шпионаж, агентурная деятельность, экстремизм и т. п.), то он регулируется специальным законодательством Украины, принятым в 2022 году”. 

Ситуацию также прокомментировал украинский правозащитник, программный директор Центра гражданских свобод Владимир Яворский.

По его словам, ситуация с признанием статуса гражданских лиц, которые находились в плену или местах лишения свободы, является довольно сложной и неоднозначной.

“Закон, который регулирует эти вопросы, распространяется только на граждан Украины и предусматривает ряд условий — не все случаи лишения свободы подпадают под его действие. Кроме того, получение статуса напрямую связано с понятием “государство-агрессор”. На сегодняшний день таковым официально признана только Российская Федерация. Беларусь формально в этот перечень не входит”. 

Тем не менее на практике уже были случаи, когда людям, освобождённым из мест лишения свободы в Беларуси, всё же присваивали соответствующий статус.

“Решения по таким делам принимает специальная комиссия, которая работает крайне неэффективно: она собирается примерно раз в месяц, перегружена большим количеством заявлений и нередко отказывает даже гражданским лицам, находившимся в заключении на оккупированных Россией территориях. Это системная проблема, связанная с тем, что механизм работы комиссии разрабатывался ещё до полномасштабного вторжения и не был рассчитан на нынешние масштабы”, — подчёркивает Яворский.

Украина, по словам собеседника, также стала строже подходить к присвоению статуса, поскольку он предусматривает как единовременную выплату, так и ряд социальных льгот.

“Если решение по заявлению ещё не принято, это не означает отказ — процесс рассмотрения может просто затягиваться. В случае отказа имеет смысл его обжаловать: на практике адвокатам нередко удаётся добиться положительного результата. При этом большое значение имеют индивидуальные обстоятельства: дата и причины ареста, срок содержания, наличие документов и характер обвинений”.

Отдельно стоит учитывать, что лица, сотрудничавшие с ГУР (в том числе как внештатные сотрудники), могут проходить по другой процедуре — уже как военнослужащие, в рамках иного законодательства.

“Даже в случае отказа рекомендуется дождаться официального решения комиссии и после этого пытаться его обжаловать, поскольку значительная часть отказов в итоге пересматривается”, — советует правозащитник.