Владимир Козлов: о микробюджетном кино, сети фильммейкеров и новых книгах

В годовщину начала полномасштабного вторжения России в Украину мы встретились с Владимиром Козловым — автором, который в своих книгах и фильмах много размышляет о позднесоветской и независимой Беларуси и России.

Сегодня он не только пишет книги о белорусском прошлом, но и курирует Инкубатор микробюджетного кино в BFN (Белорусская сеть кинофильммейкеров), помогая дебютантам снимать первый полный метр, не дожидаясь крупного финансирования.

Владимир рассказал Еврорадио, как BFN планирует объединить белорусских фильммейкеров в децентрализованную, но эффективную организацию, как искусственный интеллект может стать спасением для режиссёров в эмиграции и чего ожидать от его новых книг — сборника “Лето любви” и романа “Юго-Запад”.

— День нашего разговора приходится на символическую дату — годовщину начала полномасштабной войны в Украине. Вы с 2000 года жили в России, в Москве, и уехали оттуда после начала вторжения. Как за эти четыре года изменилась ваша жизнь?

— Да, жизнь, конечно, изменилась довольно сильно. У меня была одна жизнь в Москве более 20 лет. И, конечно, это не было чем-то монолитным — Россия менялась. Когда я переехал туда из Беларуси в 2000 году, эта страна была ещё довольно свободной, особенно по сравнению с тогдашней Беларусью, где уже были эскадроны смерти, политические убийства.

И за это время она прошла путь от относительно свободной страны до почти что фашистской диктатуры. И, конечно, оставаться там было уже невозможно. Моя эмиграция произошла в два этапа: сначала я оказался в Турции, а сейчас живу в Германии.

Я столкнулся со всеми проблемами, с которыми сталкиваются эмигранты из Беларуси, из России, вообще из постсоветского пространства. Новая жизнь, новые проблемы, попытки найти себя в этой новой жизни — и уже в довольно зрелом возрасте. Это, конечно, сложнее, чем когда уезжаешь молодым. Когда я уезжал из Беларуси в Россию, мне было 28 лет, тогда это было значительно проще.

— Часть вашей новой жизни — работа в кинематографической инициативе BFN (Belarusian Filmmakers’ Network). Сейчас готовится третий Баркемп, съезд кинематографистов, объявляется о создании “официальной структуры”. Что это будет за структура и чем BFN может похвастаться за годы существования?

— На самом деле мы существуем уже четыре года. Первый год был больше подготовительным, а в формате, в котором работает BFN сейчас, мы развиваемся три года.

Наша инициатива эволюционирует. Мы работали по проектному принципу: организовывали проекты, открытые для белорусских фильммейкеров независимо от того, где они находятся. Постепенно появилась идея превратить BFN в организацию членов.

На этом Баркемпе, который состоится в марте, мы хотим понять, как это будет работать. Мы сами пока точно не знаем, это эксперимент. Но идея в том, чтобы белорусские фильммейкеры объединялись, делились опытом, поддерживали друг друга. Это не будет бюрократическая структура, она будет децентрализованной. Но формальная организация поможет упростить взаимодействие и даст поддержку.

— Какие результаты работы Инкубатора микробюджетного кино, которым вы лично занимаетесь уже два года? У вас был успех с лентой “Лебединая песня Фёдора Озерова” Юрия Семашко, которую показывали на Берлинале в 2025 году. Но что с остальными проектами?

— Я считаю, что самый большой успех — это продакшн микробюджетного кино. Дебютанты получают возможность сделать первый полнометражный фильм.

Да, в прошлом году на Берлинале состоялась премьера фильма “Лебединая песня Фёдора Озерова” режиссёра Юрия Семашко. Второй проект — “Формовщик и заклинатель” — на последней стадии постпродакшна. Имя автора я пока не называю по соображениям безопасности.

Что касается второго конкурса, пока у нас нет финансирования на проекты-победители. Но мы работаем над этим. Возможно, более реально делать один полнометражный фильм в год. Проекты второго конкурса не забыты, всё в процессе, когда для них появятся ресурсы.

— Ваша инициатива продвигает стратегию микробюджетного кино, когда авторы могут снимать свои проекты за минимальные средства, объединившись в команду. Но жизнеспособна ли она? Некоторые режиссёры, тот же Юрий Семашко в разговоре со мной говорил, что не готов постоянно работать без бюджета.

— Мы рассматриваем эту стратегию как шанс для начинающих сделать первый полнометражный фильм. Мы не работаем с теми, у кого уже есть полнометражные работы.

Если человек после дебюта может двигаться дальше, находить финансирование и зарабатывать на кино, это прекрасно. Но в реальности современных белорусских фильммейкеров это почти невозможно. Так зачем сидеть и ждать, когда появится возможность? Мне кажется, нужно брать и делать, если есть желание.

Режиссёр должен решить: работать в киноиндустрии или снимать кино. Если он хочет снимать кино — микробюджет может быть стратегией. В финансовом смысле это, конечно, не стратегия — нужно зарабатывать себе на жизнь другим способом. Но это возможность создавать.

Альтернативой такому подходу может стать вход в киноиндустрию другой страны для авторов-эмигрантов. Это может занять 10–15 лет. И хорошо, если микробюджетный дебют поможет в этом.

— Ваша инициатива также запустила лабораторию ИИ-генерации видео. Может ли искусственный интеллект помочь кинематографистам?

— Это тоже эксперимент. Мы хотели протестировать инструменты видеогенерации и поделиться опытом. Лаборатория сейчас завершается, и мы смотрим фильмы участников.

Для режиссёров в эмиграции, без денег и команды, это может быть альтернативой в создании кино. Я не говорю, что это полноценная альтернатива — инструменты пока находятся на ранней стадии развития. Но потенциал технологии большой.

Тексты, созданные ИИ несколько лет назад, были очень слабы. Сейчас они значительно лучше. Думаю, то же самое будет и с видео. Это будет не очень дёшево, но дешевле, чем работать с полной съёмочной группой — особенно если действие происходит в другом времени, например, в XIX веке.

— Когда на съезде будет создана официальная структура BFN, какие задачи она должна будет решать, решение каких проблем продвигать?

— Прежде всего для нас важна продукция кино. Мы уже столкнулись с тем, что режиссёрам нужна поддержка на разных этапах.