“Команда Брэда Питта выбрала меня”. Как белорус в Грузии озвучивает блокбастеры

Супергеройский фильм “Супермен”. Спортивная экшен-драма “Формула-1”. Фантастический боевик “Казнить нельзя помиловать”.

В белорусских кинотеатрах уже несколько лет показывают всемирно известные киноаттракционы в русскоязычном дубляже, который, вот это сюрприз, создаётся при участии минского музыканта и театрального актёра Григория Лайкова.

Мужчина занимается этим, живя в Грузии, и за несколько лет активной работы успел озвучить более ста ролей в американских и европейских анимационных и игровых проектах. Григорий рассказал Еврорадио о нюансах своей часто незаметной работы.

“И, как ни странно, именно эта зажатость сыграла мне на руку”

— Если попытаться найти о вас информацию, то можно понять, что вы были музыкантом, фронтменом нескольких групп (“Пылай” и “Квартирник”), играли в театре. Как и когда вы попали в Грузию?

— Я переехал четвёртого марта, уже после начала войны. Это был 2022 год. Я принял решение переехать самостоятельно, без каких-то внешних принуждений. Ситуация была непонятная, тревожная, и стало ясно, что нужно что-то делать. Поэтому и решил уехать.

— Почему выбрали именно Грузию? Почему не другую страну?

— На тот момент это было быстрее и легче всего. У меня здесь уже были друзья, с которыми я мог договориться, чтобы пожить у них, хотя бы временно. Это была такая отправная точка. Я тогда ещё не понимал, куда именно двигаться дальше, но нужно было куда-то приехать, зафиксироваться. Грузия в тот момент была самым простым и доступным вариантом.

— Вы уже несколько лет в эмиграции, если не ошибаюсь, сейчас идёт четвёртый год. Как вам удаётся жить в Грузии, как вообще устроена ваша жизнь здесь?

Эмиграция — это всегда непросто. Думаю, любой человек в эмиграции скажет вам нечто подобное. Возникают сложности — эмоциональные, связанные с тоской по дому, и финансовые проблемы тоже иногда волнуют. Нужно гораздо больше крутиться, больше напрягаться, чем у себя дома. Это очевидно.

Но при этом мне нравится страна, мне нравятся люди, мне нравятся мои новые друзья. Я, как говорится, оброс новыми прекрасными людьми — и мигрантами, и местными. Я считаю, что главное — это люди. Если рядом хорошее окружение и если ты сам стараешься быть нормальным человеком, то всё в итоге должно сложиться.

— Я в конце 2022 года узнал о существовании в Грузии студии, которая занимается созданием русскоязычного дубляжа для американского и европейского кино. Как вы попали в эту сферу?

— На самом деле всё произошло довольно случайно. Мой друг прислал мне объявление в Телеграме. Уже не помню, что это был за канал. Там было написано, что студия звукозаписи в Тбилиси ищет русскоязычных актёров или просто людей с актёрскими навыками для кастинга в один масштабный, но секретный проект.

Кастинг длился несколько дней. Я узнал о нём только на четвёртый день — и сразу пошёл в студию. Там нас собрали, объяснили, что это проект студии Warner Brothers, фильм “Фантастические твари: Тайны Дамблдора”. Проводился кастинг на персонажей.

Меня пробовали на роль Ньюта Саламандера, главного героя. Я тогда был очень скован, волновался. Буквально месяц как переехал, ничего толком не понимал, не знал, что за проект, что за студия. И, как ни странно, именно эта зажатость сыграла мне на руку. Персонаж ведь как раз такой — застенчивый, немного закрытый.

Через неделю мне позвонили и сказали, что я прошёл кастинг. Я был очень рад. Так начался мой первый проект. А потом уже стали постепенно приходить другие: “Мир Юрского периода 3”, где персонаж актёра Криса Пратта был полной противоположностью — такой альфа-самец. Я пришёл на кастинг уже гораздо более уверенным, и тоже его прошёл.

— Я смотрел ваше портфолио, где указано более ста озвученных ролей. Расскажите, как устроен процесс работы над озвучиванием масштабных амерканских блокбастеров. Контролируют ли процесс представители зарубежных студий?

— Все зависит от проекта. В большинстве случаев студии передают фильм на усмотрение местного режиссёра дубляжа. То есть дают фильм и говорят: дальше решайте сами.

Режиссёр и звукорежиссёр либо проводят кастинг, либо сразу распределяют роли. Но есть более масштабные проекты, где вмешательство со стороны студии гораздо серьёзнее.

Например, в случае с фильмом “Формула-1” с Брэдом Питтом на студию пришло письмо примерно такого содержания: “Здравствуйте, вас беспокоит команда Брэда Питта, нам нужны варианты голосов для него”. После кастинга пришёл ответ, что его команда утвердила меня. Было очень лестно читать такую формулировку.

В целом от проекта к проекту всё меняется. Иногда студия сама выбирает актёров, иногда оставляет это на усмотрение местной команды.

“У каждого актёра есть свои внутренние заготовки”

— А насколько в Грузии развит рынок озвучки? Много ли студий, менеджеров, актёров, которые работают в этой сфере?

— Насколько я знаю, официально студия русскоязычного дубляжа в Грузии только одна. Но конкуренция существует на уровне так называемого дубляжа стран СНГ. Например, есть студия в Казахстане, там в основном работают с корпорацией Disney. Есть студии в Израиле, которые озвучивают проекты для крупных платформ, включая Netflix.

Но именно в Грузии, насколько мне известно, мы единственные, кто занимается полноценным русскоязычным дубляжом.

— Известно, что пиратские копии фильмов с разной озвучкой попадают в Россию и Беларусь. В том числе и с вашим официальным дубляжом. Знаете ли вы, как это происходит?

— Я знаю, что некоторые фильмы с нашей озвучкой показывают в Беларуси. Мне об этом рассказывали друзья из Минска. Но как именно это происходит, я не знаю. Могу только догадываться.

Это точно не происходит напрямую через Грузию. Мы не дистрибьюторы, мы просто выполняем свою работу. Какие дальше идут схемы — это уже вне нашей зоны ответственности.

— А как студия звукозаписи реагирует на то, что озвучка попадает на запрещённые рынки?

— Честно говоря, студии это безразлично. Заказ выполнен, работа оплачена. Что происходит дальше, уже не наша зона ответственности.

— Расскажите, как вы готовитесь к работе над ролью перед процессом озвучивания? Есть ли у вас система подготовки?

— Чаще всего никакой особой подготовки нет. Проект приходит, режиссёр распределяет роли, и тебя просто вызывают в студию. Иногда ты узнаёшь, кого озвучиваешь, уже стоя у микрофона.

Есть проекты покрупнее, где дают возможность заранее посмотреть фильм в оригинале. Тогда ты можешь подумать, как подойти к персонажу. Но в большинстве случаев работа идёт в очень быстром режиме.

У каждого актёра есть свои внутренние заготовки: как звучит злодей, как звучит ботан, как звучит мачо. И ты просто достаёшь из себя наработанные вещи в нужный момент.

— Сколько фильмов в год обычно удаётся озвучить?

— Я не считал точно, но если говорить о крупных проектах, то примерно от одного до трёх в месяц. Иногда бывают месяцы без мейджоров, тогда работа идёт с Netflix, а у них проекты выходят постоянно, как пулемётные ленты.

— Насколько озвучка кино является приятным и, что немаловажно, прибыльным делом? И как эта деятельность сказывается на вашей артистической карьере.

— Это, безусловно, приятная работа. Дубляж требует от меня меньше сил, концентрации по сравнению с игрой на театральной сцене или съёмками в кино. При этом я получаю удовольствие от того, что результатом становится готовый продукт, который смотрит и оценивает большое количество людей.

Что касается заработка, то я не буду называть конкретные суммы, ограничившись общим замечанием, что всем хотелось бы побольше. Доходность в этой сфере напрямую зависит от регулярности заказов. Если бы проекты появлялись редко, например, один фильм в месяц, это было бы финансово печально для любого актёра или звукорежиссёра. Однако в текущих условиях в целом зарабатывать на этом удаётся.

“Самым волнительным для меня был опыт озвучивания Элвиса Пресли”

— Видел, что, помимо вас, озвучивать фильмы пробовали певица Марина Шукюрова и актёр Александр Жданович. Есть ли ещё белорусы, которые заняты в этом процессе? И какие ещё артисты занимаются этим в Грузии?

— Да, с Александром Ждановичем мы работали вместе, в том числе над фильмом “Элвис”, где он озвучивал отца Элвиса. Александр — прекрасный актёр и замечательный человек.

Но в целом большинство актёров россияне. Есть также грузинские актёры с отличной речью. Белорусов сейчас очень мало, большинство уже переехало в другие страны.

— Какие роли вы считаете для себя самыми важными или наиболее сложными? Что можете назвать вашей визитной карточкой?

— Самым волнительным для меня был опыт озвучивания Элвиса Пресли в фильме “Элвис”. Это был один из первых крупных проектов, и я очень переживал, смогу ли справиться с голосом персонажа на разных этапах его жизни.

Второй по волнению — Брэд Питт в “Формуле-1”.

Самым сложным физически был мультфильм “Dogman: Пушистая справедливость”, где я озвучивал кота-злодея. Он весь мультфильм кричит, смеётся, орёт. После записи я просто слёг, настолько тяжело было это делать. Организм, видимо, решил, что что-то не так. 

И ещё один важный проект — фильм “Боксёр из Польши” на Netflix. Он был полностью без цензуры, с большим количеством эмоций и ненормативной лексики. Работать над ним было очень интересно.

— А можете поделиться, если это не коммерческая тайна, какие проекты в этом году вы озвучивали или планируете озвучить?

— Ой, на самом деле я не уверен, что могу говорить об этом. Могу сказать, что мы озвучили “Смертельная битва 2”. Он выйдет в мае, хотя планировался ещё осенью. Его выпуск перенесли, по-моему, где-то на полгода. 

Обычно, если студия озвучивает трейлер конкретного фильма для YouTube, то в 90% случаев она же будет работать и над полным его дубляжом.

— Как вы относитесь к цензуре в дубляже? И какие ограничения существуют в дубляже?

— В большинстве наших проектов мата нет. Используются шаблонные ругательства, типа “какого чёрта” и “что за ерунда тут происходит”. Иногда цензура работает очень странно: в одном сериале идут стандартные ругательства, а потом ни с того ни с сего появляется грубое слово типа “б*я”. И непонятно, почему именно там. Кто и как это регулирует — я не знаю.

— До 2020 года в Беларуси шла общественная дискуссия о том, важно получать русскоязычный дубляж или делать свой собственный — на белорусском или русском языке, — используя своих артистов. Так, например, это делают в Украине с 2014 года. Что вы сами об этом думаете?

— Безусловно, нужен. Но делать это нужно очень аккуратно, постепенно, не отрывая резко зрителя от русскоязычного дубляжа. Белорусский дубляж должен влюблять в себя.

Я видел фильмы в белорусском дубляже. Тот же “Неверагоднае жыццё Уолтара Міці”. Само название звучит просто прекрасно. В Беларуси достаточно талантливых актёров, чтобы делать это профессионально, и я уверен, что этим нужно заниматься.

— Как у вас с артистической карьерой? Получается ли вам заниматься театром и музыкой в Грузии? Какие у вас планы на будущее?

— Раньше театральная жизнь здесь протекала гораздо живее и активнее. Было больше людей, больше проектов. Сейчас стало сложнее, потому что Грузия — транзитная страна, многие уехали отсюда дальше. Театр стал камерным, маленьким.

Музыкой я занимаюсь постоянно: пою, играю, участвую в кавер-вечерах. Авторское творчество пока на паузе, потому что мы с другим музыкантом из группы “Пылай” находимся в разных странах.

Что касается планов, сейчас сложно что-то планировать. Возможно, мне тоже придётся ехать дальше. Но пока я стараюсь максимально реализовать себя в дубляже, сделать как можно больше проектов, чтобы не о чем было жалеть после.

Вообще, в наше время очень сложно строить долгосрочные планы. Буквально через неделю может случиться что-нибудь, из-за чего разрушатся любые планы. Важно держаться, не падать духом и идти вперёд, делая добро. Наверное, это и есть единственный рабочий план на данный момент.